Новый папа

«Новый Папа» обзор

Читать дальше

Комната сценаристов «Волшебников» 5 сезон 1 серия

Внимание, дальше спойлеры.

«Молодой Папа» — портрет жесткого консервативного лидера, утверждающего свою власть — был диким и удивительным фрагментом телевидения. Сериал дерзко перевернул представление о скучном Ватикане, рассказывая предостерегающую историю об опасности власти, оставленной без контроля.

Хотя «Молодой Папа» предпринял ряд отступлений — помните кенгуру? Он все еще обладал чувством сосредоточенности: каждый эпизод, основанный на предыдущем, раскрывал крайности, на которые пойдет Папа Пий XIII (Джуд Лоу), и насколько бесполезными окажутся все попытки подорвать его авторитет.

Премьера нового сезона в понедельник на HBO. «Новый Папа» — преемник «Молодого Папы» от сценариста-режиссера Паоло Соррентино — очень запутанное дело. Возвращаясь к тому, на чем история остановилась еще в 2017 году, Пий XIII находится в коме, которая мешает ему выполнять свои обязанности.

Чиновники Ватикана должны поставить кого-то на его место. И после одной неудачной попытки они попадают на сэра Джона Брэннокса, богатого Католика, томящегося в своем семейном поместье за пределами Лондона.

Брэннокса, который в конечном итоге становится Папой Иоанном Павлом III, играет Джон Малкович. О нем нельзя с порога сказать Святой Отец. Когда официальные лица Ватикана, включая интригующего Войелло (Сильвио Орландо), впервые встречают сэра Джона, у него под глазами размазана тушь и подводка для глаз. Он распластывается на диванах, как нетерпеливый кот, которому нечего делать, и он поскорее хочет этим заняться.

После того как Брэннокс оделся в свои одеяния, он более серьезно относится к своей роли, хотя его мотивы сомнительны. Во время встречи с Софией (Сесиль де Франс), директором по коммуникациям Ватикана, он отмечает, что его любимые знаменитости — Деннис Хоппер, Джек Николсон, Шэрон Стоун и Мэрлин Мэнсон.

В этот же момент она отмечает, что, будучи Папой, он мог бы предположительно встретиться с любым из них, кроме покойного Хоппера. Позже Папа действительно встречается с Мэнсоном и Стоун, которые прибывают в Ватикан без подарка для Святого Отца. Но в итоге они дают ему каблуки прямо с её ног. (Подмигнув в сторону, София говорит Брэнноксу, что он напоминает ей актера Джона Малковича.)

Малкович великолепен в этой роли. Проблема заключается только в том, что Иоанн Павел III не так хорошо раскрыл своего персонажа, как Пий в первом сезоне. У него есть похожие психологические проблемы — в другом контексте этот новый папа также чувствует, что его бросили родители, — но у него, похоже, нет твердых убеждений. Он нашёл, как он говорит “золотую середину” в становлении Папой, богословским эквивалентом центризма. Забавно наблюдать, как Малкович становится Папой. Но он всё таки не так неотразим, как Пий, чье присутствие витает над сезоном, несмотря на то, что он много времени проводит без сознания.

Убежденные в том, что их идол выздоровеет, самые преданные последователи Пия проводят за ним бдение. Он также «посещает» персонажей, как если бы он был их духовным наставником. Затем, да, в конце концов он очнулся, но это не чудо, а ответ на мой крик: «Проснись, Джуд Лоу!» Несколько раз в эпизодах с третьего по пятый. (Это не спойлер: трейлер фильма «Новый папа» ясно показывает, что Пий не вечно спит.) Когда он снова входит в картину, шоу становится более интересным. Подобно тому, как католическая церковь или любая организация извлекают выгоду из наличия ясного, харизматического лидера, так и эта серия.

Даже когда Иоанн Павел III находится у власти, «Новый Папа» не полностью структурирует эпизоды вокруг него. Драма тратит слишком много времени на неинтересные побочные сюжеты, которые в конечном счете не связаны с основным повествованием значимыми способами. Эстер (Людивина Санье), преданная Пию, получает массу экранного времени, поскольку она делает все, что ей нужно, включая продажу своего тела, чтобы заработать деньги на воспитание своего сына.

Кроме того, существует серьезный конфликт между официальными лицами Ватикана и монахинями, которые служат кардиналам, что вполне может быть его собственным шоу. На протяжении всего этого времени Войелло продолжает участвовать в тайных заговорах, призванных удержать его на посту государственного секретаря. Ведь он занимал его дольше, чем любой кардинал в истории, как он напоминает всем, кто готов слушать.

Соррентино по-прежнему приносит огромный визуальный талант на экран вместе с дерзким чувством юмора. Большинство эпизодов начинается с монахинь, одетых в прозрачные ночные рубашки, крутящихся под песню Sofi Tukker «Good Time Girl». Как и обещает трейлер, Пий действительно расхаживает по пляжу в белых плавках, в то время как женщины в бикини бросают пляжные мячи через его голову (в фантастической последовательности, но все же).

И Малкович добавляет дополнительную пряность к и без того острым чертам: когда ассистент Брэннокса сообщает ему, что Меган (как и Маркл) звонит по телефону и нуждается в модных советах, он отвечает: «Какая досада.» Когда раздражение срывается с губ Малковича, это не просто слово, это целая плеяда раздражения.

«Новый Папа» был бы куда более приятным, если бы сняли пять или шесть эпизодов. Этого достаточно для эффективного рассказа истории, которая должна быть рассказана. Вместо этого мы получаем девять, по крайней мере три из которых просто топчутся на месте. Зрители будут ждать встречи между Пием и Иоанном Павлом, встречи, которая отныне будет называться «два папы 2.0». Но зрители могут потерять терпение, можно даже сказать, веру в сезон, задолго до того, как этот желанный момент наконец наступит.

Новый папа

Спустя девять месяцев после инфаркта, который случился во время проповеди на площади Святого Марка, Пий XIII (Джуд Лоу) лежит в коме: пересаженные сердца не приживаются, и надежда на то, что он когда-нибудь вернется на престол, скоро оставит даже самых истовых его поклонников. Конклав затевает выборы нового папы, на которых сенсационно побеждает Дон Томассо (Марчелло Ромоло) — бывший исповедник Пия и всей курии. Заручившись поддержкой левой прессы, он берет имя Франциск II и затевает масштабные преобразования, стремясь вернуть церковь к идеалам нестяжательства: Ватикан открывает двери мигрантам, кардиналы сдают драгоценности, папа спит на полу. Госсекретарь Анджело Войелло (Сильвио Орландо) навещает сэра Джона Брэннокса (Джон Малкович) — одного из самых уважаемых католиков в мире, который филонит в своем английском поместье в окружении слуг и собак. Исламисты грозят христианам большой войной.

Посмотрев два эпизода «Нового папы», поклонники Паоло Соррентино, которые следили за промокампанией сериала, вправе испытать священную ярость. Трейлеры и опубликованные кадры обещали — выходит, слишком заранее — противостояние двух понтификов: живчика с мощным торсом (Лоу) и пожилого сибарита с подведенными глазами (Малкович); интересная — причем не только с точки зрения имен на афише — диспозиция, которая могла бы как-то оправдать возвращение режиссера к законченной вроде бы истории и войти в дружеский клинч с «Двумя папами», вышедшими на Netflix в конце декабря.

У Фернанду Мейреллиша получился аккуратный сверх всякой меры фильм об уникальном транзите духовной власти от сухаря-книжника Бенедикта XVI (Энтони Хопкинс) к реформатору Франциску (Джонатан Прайс); бесконечно деликатная картина, чей слащавый тон, вероятно, связан с тем, что один герой сегодня управляет римской католической церковью, а другой находится на почетной — несмотря на все скандалы — пенсии. С другой стороны, в «Двух папах» нет соррентиновского упоения обрядами и ритуалами: оператор Сезар Шарлони с репортерской пытливостью снимает современный Ватикан и Аргентину времен Пиночета, предпочитая пышным одеждам сложные, переменчивые лица. Это очень трогательное, соответствующее всем премиальным голливудским стандартам кино о двух стариках, которые посвятили себя безнадежному делу — общению с Богом, но, кажется, что теологические диспуты о том, зачем нужна религия в современном мире, снова подменила комедия положений: Бенедикт и Франциск запивают пиццу «Фантой», вот потеха.

«Молодой папа» в этом смысле был куда жестче: кардинала-педофила высылали на Аляску, нечестивая миссионерка гибла в страшных муках, а главный герой обожал смотреться в зеркало и признавался, что не верит ни в кого, кроме себя. При всей избыточной театральности образа, Пий — фашиствующий сирота, который не может справиться со своей потерей, — получился невероятно убедительным: по ходу сериала он смягчался, шел на компромиссы, отчаянно искал отцовскую и материнскую фигуру среди окружающих — и осознавал беспредельное одиночество своего поста. Эффектный финал во многом оправдал некоторую драматургическую неряшливость целого: рай не рай, но сериальный лимб это шоу, безусловно, заслужило, искупив в итоге свое бесконечное самодовольство. «Новый папа», в котором воскрешение — это всего лишь вопрос времени, предлагает читать себя как Новый Завет, но пока больше напоминает Апокалипсис — сочетание самых отталкивающих черт соррентиновского кинематографа.

Приготовьтесь к неоновым титрам, в которых девушки извиваются под немудреное пляжное диско. Страсть европейских режиссеров — включая, скажем, Долана и Озона — к трехгрошовым бэнгерам давно никого не удивляет, но Соррентино на их фоне отличается удивительно посредственным вкусом. Сильный — в том числе политически — ход в первой серии с избранием социалиста Томассо оборачивается каким-то скоморошеством: его радикальные (и, надо думать, посещающие многих верующих, которых смущает образ жизни священников) идеи сначала выглядят придурью, а потом — так и не объясненным до конца коварным планом; можно подумать, отказ от роскоши для людей духовного звания — это что-то возмутительное, достойное издевательского высмеивания. Долгожданное появление нарядного Малковича сообщает сериалу болезненную вальяжность, приглашает насладиться его бархатной интонацией и медлительными, исполненными достоинства жестами; нетрудно понять тех, кому все это покажется отвратительным ломанием.

«Новый папа» — по крайней мере, пока — пример перебродившей фантазии, которая не знает спасительного самоограничения и формальной дисциплины; пустота, снятая с изысканных, кто бы спорил, ракурсов. И тут, в отсутствие у Соррентино оригинальных соображений о папстве как о странном феномене власти без власти, хочется обратить внимание на другой — куда более удачный — сериал на ту же, в общем, тему.

Третий сезон «Короны», в котором произошла смена артистов на всех ключевых позициях, не снискал того же безоговорочного одобрения, что и первые два с Клэр Фой и Мэттом Смитом. Между тем это почти безупречный сериал о живых (и до сих пор попадающих в новости) людях, которые наделены экстраординарными для республиканского XX века полномочиями и все равно не способны ни на что повлиять. События новых серий по большей части разворачиваются в 60-е: прогрессивная некогда повестка «молодой мамы» Елизаветы II сменяется более консервативным подходом — в пику стремительно левеющему миру. Премьер-министром впервые в истории сериала становится лейборист Гарольд Вильсон, которого королева подозревает в работе на КГБ, пока не обретает в его лице своего, пожалуй, самого адекватного критика и безоговорочного, даже ценой внутрипартийных конфликтов, защитника. Освященная веками традиция то и дело пасует перед усложнившейся реальностью, нет-нет да и заходят разговоры об упразднении самого этого института, который находится на содержании налогоплательщиков.

Читайте также:  Мужские слезы

При этом «Корону» можно интерпретировать и как скрытую апологию конституционной монархии: эта сила (все более призрачная и очень уязвимая для нападок медиа) не раз удерживала Великобританию от довольно глубоких потрясений. Ну, конечно, кроме тех случаев, когда она вызывала их сама.

Легко представить, что бы с этим — довольно, к слову, эксцентричным — материалом сделал Соррентино: Букингемский дворец превратился бы во что-то вроде Метрополитен-музея, когда в нем проходит Met Gala, а кутежи принцессы Маргарет сопровождал бы зубодробительный саундтрек. Авторы «Короны» не экономят на сложных костюмах и богатых интерьерах, но больше прочего интересуются людьми, которые их носят и которые в них живут. Они не дают соррентиновщине — как стилю мышления, как безудержному стремлению произвести впечатление — победить. Хочется верить, в оставшихся семи эпизодах с ней будет бороться и автор «Нового папы».

«Новый Папа» и ещё 5 скандальных сериалов современности

Казалось бы, искушённого сериалами зрителя уже невозможно ничем удивить, но всё равно находятся проекты, которые вызывают общественный резонанс и приковывают взгляды аудитории. Редакция бесплатного онлайн-кинотеатра ShowJet собрала 6 самых скандальных сериалов современности.

«Молодой Папа»

Провокационный сериал оскароносного режиссёра Паоло Соррентино («Великая красота», «Молодость») вышел в 2016 году, но до сих пор сохраняет свою актуальность и остроумие. Где ещё можно увидеть такого привлекательного понтифика в лице Джуда Лоу, который игнорирует устоявшуюся жизнь Ватикана, не слушается кардиналов, сладостно закуривает очередную сигарету и требует на завтрак вишнёвую колу? Соррентино не стесняется скользких тем и с неподдельным удовольствием шокирует зрителей, сочетая в одном кадре религию и секс.

Ватикан целый год не комментировал «Молодого Папу», но осенью 2017 года католическая церковь выразила восхищение сериалом и признала его культурным феноменом.

Смотрите сериал «Молодой Папа» бесплатно на ShowJet:

«Новый Папа»

Второй сезон «Молодого Папы» стартует также уверенно и претенциозно, как и первый. На этот раз съёмочной группе уже разрешили снимать в самом Ватикане, а главным украшением продолжения стал оскароносный Джон Малкович. Его герой, сэр Джон Брэннокс, выглядит как побитый жизнью рок-музыкант, сумевший сохранить величие и харизму. Паоло Соррентино заигрывает с аудиторией ещё больше: вот вам сексуальные монахини, танцующие гоу-гоу в свете неона, а вот — Джуд Лоу в белоснежных трусах, прогуливающийся по пляжу.

В «Новом Папе» появились и новые, очень актуальные, сюжетные линии. Одна из них — столкновение двух религий: христианства и ислама. Представители последнего грозят католической церкви священной войной.

Смотрите сериал «Новый Папа» в непревзойдённом качестве и профессиональной озвучке совсем скоро на ShowJet!

«Стелла Блумквист»

Мало того, что не каждый день видишь сериал из Исландии, там ещё и такие дела творятся. Стелла Блумквист (её сыграла звезда «Полдарка» Хейда Рид) — адвокат, привыкшая нарушать все правила и браться за самые сложные дела. Большую часть экранного времени эта сногсшибательная дама разгуливает в эротическом нижнем белье, много курит, не стесняется откровенного разговора в постели, а ещё неприлично умело соблазняет… женщин. Всё действие происходит в соблазнительных неоновых оттенках.

Сериал основан на серии книг неизвестного автора, который пишет под псевдонимом Стелла Блумквист. До сих пор читатели гадают, кто это — мужчина или женщина. Авторство приписывают некоторым писателям и политикам (преимущественно мужчинам) и даже бывшему премьер-министру Исландии Давиду Оддссону.

Смотрите сериал «Стелла Блумквист» бесплатно на ShowJet:

«Преданность»

Лакомый кусочек для скандального пиара — это политические игры, в которых замешаны российские шпионы. Почему бы и нет? Снятый в лучших традициях «Карточного домика» и «Родины», сериал «Преданность» обыгрывает современные реалии. Главные враги — русские из КГБ, главные герои — тоже русские, но успевшие начать работать на ЦРУ и стать почти американцами. Остросюжетный триллер, в котором до самого конца сохраняется интрига: кто выиграет в этой опасной шпионской войне?

Автором сериала стал Джордж Нолфи («Ультиматум Борна»). Главные роли сыграли Хоуп Дэвис («Сосны»), Морган Спектор («Родина) и Маргарита Левиева («Двойка»).

Смотрите сериал «Преданность» бесплатно на ShowJet:

Центральная тема скандального проекта «Путь» — религия и религиозные секты. Если сериал «Молодой Папа» больше иронизирует с вероисповеданием, то создатели «Пути» серьёзным и продуманным шагом подходят к обличению культа и его лидера. Авторы изобрели собственную, продуманную до мелочей религию: майеризм. Она объединила в себе частички всех мировых религий, включая скандальную саентологию. Главные роли сыграли Аарон Пол («Во все тяжкие»), Хью Дэнси («Ганнибал») и Мишель Монахэн («Настоящий детектив»).

С первого взгляда может показаться, что именно саентология (которую многие называют псевдонаукой) послужила вдохновением для авторов, но сами они утверждают обратное, хоть и отмечают, что сходства, конечно, есть.

Смотрите сериал «Путь» бесплатно на ShowJet:

«Эйфория»

Провокационный сериал «Эйфория» вызвал немало споров по поводу небывалой откровенности и обнажёнки в кадре. Если раньше шоу о подростках рассказывали ванильные истории о постановках школьных мюзиклов и первой любви, то «Эйфория» показала жизнь пост-миллениалов без прикрас: наркотики, алкоголь, секс, порно, буллинг и разнообразные извращения. Ещё большую пикантность сериалу добавляет то, что одну из главных ролей сыграла трансгендерная модель и ЛГБТ-активистка Хантер Шафер.

Главную роль в «Эйфории» исполнила звезда нынешнего поколения — 23-летняя Зендея («Человек-паук: Вдали от дома»).

Неоновые демоны Ватикана: первый и второй эпизоды «Нового папы»

Стартовала одна из самых ожидаемых премьер 2020 года — «Новый папа» Паоло Соррентино о закулисье Ватикана. Рассказываем о том, что произошло в экспозиции сериала, и пытаемся предположить, что ждет нас в следующих семи сериях (осторожно, спойлеры).

Концовка «Молодого папы», показанная в 2017 году, оставила некоторых зрителей в недоумении. В последней сцене Пий XIII, обращаясь к верующим с балкона собора Святого Марка, увидел в толпе то ли своих родителей, то ли просто пожилую пару, очень похожую на них. Возможно, эти люди — и вовсе плод его воображения, однако расчувствовавшийся папа схватился за сердце и потерял сознание на глазах у кардиналов и паствы, а камера поднялась высоко над Венецией, словно душа самого Ленни Белардо.

Выжил ли все-таки Пий XIII, было неясно. Как и то, будет ли у сериала продолжение, — Паоло Соррентино признается в интервью, что и сам не был уверен в этом, пока не придумал стоящую идею. Когда в сети появились фото со съемок нового сезона, стало понятно, что нового папу римского сыграет Джон Малкович, тогда как судьба персонажа Джуда Лоу все еще оставалась загадкой.

В первые же минуты «Нового папы» мы получаем ответ на вопрос: Пий XIII все еще жив, но продолжительное время находится в коме в венецианском госпитале. Он подключен к медицинским аппаратам и освещен красным неоновым светом креста , стоящего в его палате и больше напоминающего инсталляцию из музея современного искусства, чем религиозный атрибут.

Соррентино с первых же кадров сталкивает духовное и телесное, демонстрируя почти полностью обнаженного Папу. Положение его тела, прикрытого лишь небольшим белым куском ткани, отсылает прямо к образам мертвого Христа , неоднократно воспроизводимым в живописи. В палате за Ленни присматривает молодая монахиня, которая сначала протирает его тело влажной губкой, а после, разгоряченная этим действием, мастурбирует, лежа на диване и глядя прямо на папу.

Другая провокационная сцена с еще одним неоновым крестом, которая уже успела возмутить патриархат Венеции, стала заставкой к двум (как минимум) сериям сериала. В ней показана спальня молодых монахинь, которые после отбоя, объявленного грозной настоятельницей-карлицей, надевают каблуки, красят губы алой помадой и начинают откровенно танцевать вокруг неонового креста под бодрый электро-дэнс «Good Time Girl» Софи Такер. Зарубежные критики успели сравнить сцену и с клипом Мадонны, и с сериалом «Эйфория». Является ли этот акт непослушания намеком на будущие события сериала — остается только гадать.

Под окнами больницы, в которой находится папа, день и ночь дежурят верующие с плакатами «Ленни» и «Мы любим Пия XIII», а также «отряд» паломников в черных худи с изображением папы, которым руководит активистка в красном. Все это больше похоже на сюрреалистическое поклонение поп-идолу, а не на католиков в ожидании выздоровления главы церкви. Люди на площади непрерывно молятся о здоровье понтифика. Молится о нем и жена офицера швейцарской гвардии Эстер, попутно в очередной раз пытаясь заработать на истории чудесного обретения дитя благодаря Пию XIII. Но молитвы пока не доходят до адресата — три пересадки сердца закончились неудачей, ни одно из них не прижилось, включая сердце донора-мусульманина из Египта , на чем делается особый акцент. «Это не Бог, это церковь», — восклицает женщина в красном, как бы указывая на главного виновника всех бед.

Именно во время пересадки «мусульманского» сердца герой Джуда Лоу впервые «пробуждается», встает с операционного стола и как безмолвный дух приходит навестить ожидающих окончания операции. Это пять его главных соратников, хорошо знакомых нам из первого сезона, — глава пиар-службы София и кардиналы Войелло, Гутьеррес, Ассенте и Агирре. Именно им пятерым придется сыграть значительную роль в развитии дальнейших событий.

Как и в первом сезоне, съемочной группе не удалось получить разрешение снимать внутри реальных локаций (исключением стали съемки в соборе и на площади Святого Петра), так что по большей части Ватикан был кропотливо воссоздан художниками в студии и собран из разных уголков Италии. Венеция же, напротив, гостеприимно встретила киношников. Например, госпиталь, у стен которого дежурят паломники в ожидании выздоровления папы, — это городская больница Венеции с хирургическим отделением . Ее главный вход расположен на мраморном фасаде скуолы Сан-Марко, построенной в XV веке. Скуола находится на одной из самых больших венецианских площадей Санти-Джованни-э-Паоло, а любой поклонник сериала, приехав в Венецию, может не только осмотреть фасад, но и зайти внутрь — например, в музей медицины.

С того момента, как Пий XIII впал в кому, прошло уже 9 месяцев, и нет никаких предпосылок к тому, что в ближайшее время ситуация разрешится сама собой. Кроме общего хаоса и множества скандалов над Ватиканом нависает новая угроза со стороны исламской террористической группировки . Пока она выражена только в видеозаписях, но кто знает, чем она обернется в будущем. В такой ситуации необходимо созвать конклав и выбрать нового папу. На этом в разговоре с Войелло настаивает Бауэр — посол при Святом Престоле и настоящий серый кардинал в исполнении Марка Иванира.

Читайте также:  Новое платье поможет изменить судьбу

Накануне конклава в бамбуковой роще ватиканского сада кардинал Войелло собирает своих ближайших (по его мнению) союзников, внушая им мысль, что именно он больше всего годится на роль нового, «обычного» папы. При обсуждении альтернативных кандидатов впервые звучит имя сэра Джона Брэннокса (персонажа Малковича) как человека, преуспевшего в обращении англикан в католицизм. «Он слишком сноб. Он не носит алой шапочки и не посещает консистории», — отвечает Войелло. Позже эти вещи покажутся ему не такими уж существенными.

Кульминацией серии становится сцена выборов нового папы, занимающая треть экранного времени. В ней мы видим всю процедуру, которая не была показана в первом сезоне, но предшествовала победе Ленни Белардо. Здесь Соррентино отрывается по полной, эстетизируя все происходящее и почти доводя до абсурда при помощи саундтрека. При всей своей избыточной красоте сцена конклава максимально приближена к реальности. Нечто подобное мы совсем недавно видели в фильме «Два папы». Вот кардиналы, облаченные в красные сутаны, направляются в Сикстинскую капеллу, пропевая молитву. Вот они сдают на входе телефоны — до окончания заседания конклава связь с внешним миром запрещена. Выборы состоятся, если за кого‑либо будет отдано две трети голосов.

Одним из кандидатов на папский престол оказывается кардинал Эрнандес — главный конкурент и странный двойник Войелло, отличающийся от него лишь формой оправы и отсутствием знаменитой родинки ( роли Войелло и Эрнандеса играет один и тот же Сильвио Орландо ). За него с каждым кругом голосования отдают все больше голосов. Чтобы не допустить его победы, Войелло приходится смирить гордыню и пойти на хитрость, предложив самого, как ему тогда кажется, безобидного и не несущего проблем кандидата. Кардиналы любят слабых пап, так что пусть проголосуют за Томасо Вильетти. Того самого скромного Томасо с большими испуганными глазами, который в первом сезоне исповедовал всю папскую курию и которому, сидя на крыше собора Святого Петра, Пий XIII отчаянно признался в потере веры.

Исход голосования становится полной неожиданностью как для некоторых кардиналов, так и для самого Вильетти. Совершенно не осознавая нового статуса, он выбирает имя Франциска II, тем самым подчеркивая приверженность идеям Франциска Ассизского. А также явно демонстрируя то, что до него в придуманной вселенной Ватикана Соррентино уже существовал один папа с именем Франциск, который в реальности в настоящий момент является главой католической церкви.

Интронизация нового папы проходит на фоне практически пустой площади Святого Петра. Особенно это различие бросается в глаза, если вспомнить первую серию прошлого сезона. К тому же все идет не так — текст проповеди у и без того перепуганного Вильетти буквально вырывает из рук белый голубь, библейский символ мира. Когда всем кажется, что новый папа совершенно растерян и не знает, что делать, тот вдруг ощущает всю свою власть и, импровизируя, объявляет о своих главных целях.

При вступлении в должность жесткий и бескомпромиссный Ленни Белардо (Джуд Лоу) требовал усилить сигнал радио Ватикана, переместить все подарки, преподнесенные папе, в специальную кладовую и вернуть папскую тиару из Вашингтона. И еще он не хотел показываться верующим.

Вот как звучат требования нового папы Франциска II: необходимо открыть Ватикан и принять беженцев, раздать все богатства бедным, упразднить финансовую структуру Ватикана, избавиться от секса во всех его проявлениях с помощью камер слежения, установленных даже в туалете, и вообще стремиться к максимальной скромности и аскезе, как завещал Франциск Ассизский. Да, еще папа хочет пасхальный кекс на завтрак, несмотря на то, что его невозможно найти в непасхальные дни (в отличие от вишневой колы).

Следуя заветам ордена францисканцев, новый папа буквально доходит до исступления, пугая кардиналов. Как и было обещано, в Ватикане принимают беженцев , которые в большинстве своем являются мусульманами, главными помощниками папы теперь становятся монахи-францисканцы, а сам он переобувается в сандалии, меняет пояс на веревку с тремя узлами, а папский золотой перстень — на деревянный. Согласно его воле, все кардиналы также должны сдать все драгоценности в пользу бедных и надеть на шеи деревянные кресты.

Апогеем становится то, что Франциск II лишает Войелло должности государственного секретаря, а в будущем собирается лишить и сана. Кроме того, под покровом ночи монахи меняют пароли к банковским счетам и код от входа в сокровищницу Ватикана. Складывается полное ощущение, что эта сцена была снята Уэсом Андерсоном или перекочевала сюда из его фильма. Войелло и Эрнандес, неожиданно ставшие союзниками, решают, что так больше продолжаться не может — Франциск II входит в сокровищницу и, выпив таблетку от давления, падает замертво. А Пий XIII дергает мизинцем левой руки .

Внезапная смерть папы многим кажется странной и неслучайной. Она отсылает к истории Иоанна Павла I — реально существовавшего понтифика, чье папство в 1978 году продлилось всего 33 дня и чью смерть от инфаркта некоторые до сих пор считают подозрительной. Смерть же выдуманного папы возвращает жизнь Ватикана на круги своя и приносит явное облегчение кардиналам. Швейцарские гвардейцы закрывают ворота за последними беженцами, покидающими Ватикан. Который, однако, вновь остался без главы.

Из Италии в Англию отправляется уже упомянутая пятерка «миссионеров» во главе с Войелло. До похорон Франциска II они должны успеть убедить Брэннокса — лучшего кандидата на настоящий момент — согласиться стать новым папой. Сэр Джон Брэннокс (Джон Малкович) живет в уединении в старинном английском замке и владеет поместьем, территория которого в несколько раз превосходит Ватикан. Он не участвует в конклавах, так как не может оставить двух очень пожилых и очень больных родителей, кардинальскому облачению предпочитает костюмы эксцентричных расцветок, подводит глаза черным карандашом, играет на арфе и не ложится спать позже 11 вечера. К тому же у него явно была бурная панк-молодость , о чем свидетельствуют электрогитара, плакаты и старые фотографии в комнате Брэннокса, куда заходят София и Войелло.

Встреча переносится на утро, так что делегации из Ватикана предстоит переночевать в поместье, которое, по словам дворецкого, населено призраками. Будто в доказательство этим словам именно в эту ночь всех пятерых навещает молчаливый призрак Пия XIII, утешая, предостерегая и даря успокоение. Посещает он и сэра Брэннокса, отодвигая от него шкатулку то ли с наркотиком, то ли с какими‑то препаратами, без которых он уже давно не может заснуть.

Джон Брэннокс — великий знаток «срединного пути» и интеллектуал, который, судя по мелькнувшей в кадре фотографии, даже встречался с королевой Елизаветой. Он признается, что обращал англикан в католицизм через отвлеченные разговоры: «Я всегда считал, что вера — как поэзия. Так что я говорил с ними о Гельдерлине, Монтале, футбольном клубе «Арсенал» и о том, как женщины скрещивают ноги». Кардиналы надеются, что именно эта философия поможет сгладить острые углы и уладить накопившиеся проблемы Ватикана. Брэннокс спокоен, очень умен, хорошо осведомлен о личности Войелло и признает величие Пия XIII — кажется, лучшего папы и правда не найти.

К тому же с Ленни их роднит семейная трагедия: Брэннокс тоже был «оставлен» родителями, которые вот уже 40 лет не общаются с ним, так как не могут простить гибель брата-близнеца. Что тогда случилось — никто не говорит, и в какой‑то момент вообще начинает казаться, что в замкнутой жизни Брэннокса слишком много тайн. Одну из них точно знает кардинал, появляющийся почти в самом конце эпизода. Касается ли она смерти брата-близнеца, пристрастия к запрещенным веществам или чего‑то еще — нам пока неизвестно, но можно не сомневаться, что рано или поздно тайное станет явным .

Пока же Войелло уверен в успехе и думает, что это будет самый быстрый конклав в истории. Дело осталось за малым — дождаться окончательного согласия Брэннокса и отвезти его в Ватикан. Мир замер в ожидании нового папы — Соррентино терпеливо расставляет фигуры на шахматной доске, чтобы уже в ближайшее время начать игру.

В самом конце второй серии нам снова показывают видео с угрозами террористов. А еще беженца, скрывающегося ночью в саду Ватикана. До этого мы уже видели, как он забрел в спальню к монахиням (ту самую, с неоновым крестом). Там он встречается взглядом с одной из девушек — возможно, эта история будет иметь продолжение.

Чего ждать от сериала «Новый папа»

Три года назад «Молодой папа» Паоло Соррентино прервал историю на полуслове. В финале первого сезона папа Пий ХIII, он же горький сирота Ленни Беллардо (Джуд Лоу), едва не реформировал Ватикан, одолел интриги клира и собственный кризис веры, снискал всеобщую любовь – и грянулся оземь с сердечным приступом сразу после долгожданной приветственной речи перед верующими на площади Святого Петра.

Покинул ли он пределы нашего бренного мира? А это как посмотреть. Пий, конечно, живет и дышит. Только лежит в коме с кислородной маской на прекрасном лице, пока явно вожделеющая его монашка сладострастно вытирает его обнаженные ноги мокрой губкой, будто грешная Магдалина, омывшая слезами ноги Спасителя (по версии католиков).

Нет ли здесь некоторого кощунства? Безусловно, ибо сыгравший Ленни на пороге пятидесятилетия Джуд Лоу не просто красив как бог – он необычайно сексуален. А иначе и быть не могло: извечный конфликт между чувственным и духовным началами был одной из движущих сил сериала, его сквозным сюжетом. И во втором сезоне, получившем название «Новый папа», эта тема продолжится в совершенно анекдотическом ключе.

Многообещающий тизер, где Лоу расхаживает по пляжу в сверкающих белизной плавках, оказался обманкой – в этой сцене мы видим не то чтобы самого Ленни во плоти, это лишь проекция его неугасимого духа. А дух, как известно, ходит, где хочет, и в таком виде, в каком ему заблагорассудится. То есть смотреть можно, а трогать нет – в конце концов, это метафора кинематографа как такового, где по экрану движутся прекрасные бесплотные тени.

Великий Ленни

На титрах нового сезона сладострастные монашки извиваются в неоновых сполохах вокруг распятия под пульсирующий электронный бит, будто бешеные вакханки на рейве. Этот грешный мир все такой же, каким был, когда Ленни его оставил. Ну, вот разве что мир осознал величие самого Ленни – теперь для католиков он идол вроде безвременно ушедшей рок-звезды, изображения которого носят на футболках. Фанаты, то есть паства, молятся о его воскрешении денно и нощно – только напрасно. В начале второго сезона Ватикан снова оказывается в той же отправной точке: ему нужен новый папа. Кардинал Войелло (Сильвио Орландо), бессменный камерарий, госсекретарь Святого Престола и заправский интриган, в панике. Он чувствует, что его дряхлая империя находится в кольце врагов, среди которых вдобавок затесались бешеные мусульманские фанатики, и полумертвый понтифик тут не панацея. При этом из сюрреальных картин, которыми открывается второй сезон, совершенно не понять, явь ли это или безумные видения камерария. Этим продолжение сериала кардинально отличается от первой части – какими бы фантастическими ни казались раньше сюжетные допущения, они все-таки держались в рамках объяснимой реальности. Свою невозможную речь о допустимости абортов Ленни совершенно точно произносил лишь во сне. Не то теперь: сериал будто сорвался с цепи, наполнился гротескными, галлюцинаторными образами и заступил на территорию абсурда.

Читайте также:  Новые методики удаления волос – ATF и QOOL эпиляция

Впрочем, куда движется фантазия Соррентино, будет понятно любому человеку, не лишенному воображения. Чем был Ватикан до пришествия Ленни? «Это удушающий, вызывающий клаустрофобию мирок, населенный бездетными мужчинами, которые облечены нематериальной властью», – так характеризует его Войелло в беседе с новым кандидатом на Святой престол. Став Пием XIII, Ленни решил искоренить блудодейство, которое церковь веками формально осуждала, на деле погружаясь в самую пучину греха – вспомним показательный процесс епископа Кёртвелла, годами растлевавшего мальчиков, из первого сезона. Но и по другим поводам к священнослужителям есть вопросы. Как насчет нестяжательства, которое проповедовал святой Франциск?

Ватикану определенно нужен после Ленни последователь именно Франциска, только не кроткий, а беспощадный, как Савонарола. Что будет, если он по очередному недосмотру Войелло действительно объявится? А потом услышит слова Господа и последует им буквально?

А вот что: наглухо запертые ворота жиреющего посреди юдоли страданий Ватикана должны распахнуться для малых сих – и принять беженцев в свои прекрасные сады. А босые францисканцы, в подпоясанных веревками рубищах похожие на суровых хоббитов, одолевших дракона, должны отобрать у кардиналов перстни с драгоценными каменьями. И заблокировать счета Банка Ватикана.

Нечто подобное могло бы присниться Войелло в страшном сне. А вот для Соррентино такой расклад, безусловно, комедия: если первый сезон лишь иногда смешливо нам подмигивал, то второй уже хохочет во все горло. Но для этого понтификом должен стать человек из стали – Войелло же предпочитает людей другого сорта.

Человек из фарфора

Итак, встречаем: сэр Джон Брэннокс (Джон Малкович), британский аристократ, обитающий в поместье таком огромном, что оно больше Ватикана. Персонаж не без внутренней драмы, даже травмы – еще подростком в результате несчастного случая он потерял брата-близнеца по имени Адам. С тех пор родители не хотят видеть сэра Джона – за то, что не спас брата. Так-так, еще один отвергнутый родителями, брошенный сын. Только родители – вот они: оба сидят с кислородными масками на лице в инвалидных креслах и держатся за руки – это какой-то шарж, гротеск, очередная фантасмагория! И вот так они и катят на своих креслах мимо, старательно не глядя на сына-отщепенца. Да и Малкович в этой роли уж очень странно выглядит. У него густо подведены угольной тушью глаза, как у престарелой панк-звезды – так и есть, в юности сэр Джон играл в рок-группе, а теперь иногда лишь щиплет струны арфы. И его пространные рассуждения о несовершенстве мира лучше петь под гитару, а не произносить с амвона. «Брексит – это ужасно, это первый шаг на пути дехристианизации Европы», – томно цедит он, закатывая глаза.

Уж не пародия ли он? Карикатурный англичанин, живущий в усадьбе с вышколенным дворецким, сворой породистых собак и портретами предков с бледными узкими лицами. Зато этот сэр – успешный проповедник, обративший тысячи адептов англиканской церкви в католичество одними разговорами о гольфе и поэзии. Сэр Джон бездетный священник и брошенный сын, который, подобно Ленни, должен повзрослеть и стать отцом своей пастве – только в каком-то странном комедийном изводе. Что случится, если он, слегка поломавшись для вида, согласится занять Святой престол? Да еще при живом Ленни – ведь Ленни скорее жив, чем мертв, и расхаживает между живыми весь в белом. Кажется, как говорят в Ватикане, Habemus Papam – «У нас есть папа». Только у нас их теперь два: старый молодой и новый старый. А из трубы над Сикстинской капеллой вместо белого дыма идет веселящий газ, но это не станет помехой новым чудесам и прозрениям – скорее наоборот.

Онлайн-сервис Amediateka, с 11 января

7 грехов «Нового Папы»: в чем кается Паоло Соррентино и почему стоит поставить свечку за Джуда Лоу

Гордыня

Изо дня в день наблюдая за безмолвно лежащим в коме святым, ватиканская свита в лице уже известных кардиналов Войелло, Гутьерреса, Ассенте и других от безысходности принимают решение выбора нового папы — при живом и вместе с тем относительно мертвым Пием XIII.

Бросаясь именами предположительных кандидатов, государственный секретарь Святого Престола Войелло недвусмысленно намекает, что сам уже давно готов стать понтификом, перед этим вручая собравшимся сплетникам анализы для доказательства безупречного здоровья.

«Новый Папа» продолжает исследовать пороки в стенах Ватикана, в этот раз концентрируясь не на одном заносчивом святом, но препарируя, скорее, былое окружение Пия XIII, его приспешников и близких. Молитва — дело сугубо интимное и личное, но Соррентино разрешает подслушать мысли своих персонажей, их желания и самое сокровенное — не столько ради разоблачения, сколько очередного доказательства, что все мы грешны, как бы отчаянно не пытались довольствоваться тем, что, наконец, услышали голос Бога.

Алчность

Православная или католическая, церковь жаждет денег: настоящий папа римский Франциск запускает сайт для молитв онлайн Click to pray с ярко-оранжевой кнопкой донатов в углу, а верующие в «Новом Папе» продают сюжеты о «чуде», к которому приложил руку Пий XIII за 200 баксов.

В новом сериале Паоло Соррентино не заостряет внимание на общеизвестном факте коррумпированности Ватикана и вообще всего религиозного института, но наглядно показывает, что проблема перебралась и за пределы церквей. Сегодня на продаже восковых свечек можно сколотить целый бизнес, а сюжеты РЕН ТВ о старушках, которых коснулась рука Божья, стали общем местом.

В «Новом Папе» роль этой «старушки» досталась Эстер — той самой жене офицера швейцарской гвардии, которую Пий XIII якобы одарил ребенком, со словами «пусть чудо остается чудом». Но в итоге оно стало еще и средством заработка.

Зависть

Зависть в «Новом Папе» раскрывается по мере гонки за титул понтифика — не сильно ожесточенной, но неприятной для многих кардиналов. Если недавно вышедший на Netflix байопик о ныне действующем папе Франциске «Два Папы» показывает папство как тяжелейшее бремя, которое не каждый хочет (и способен) водрузить на свои плечи, то у Соррентино «повышение» жаждет чуть ли не каждый приспешник в черно-красной рясе.

Но достоин его, конечно, лишь один — Джон Малкович, в «Новом Папе» ставший сэром Джоном Брэноксом, а после — Иоаном Павлом III.

Похоть

«Молодой Папа» был полон вульгарности и черноты — «Новый» от него не то что не отстает, но преувеличивает, напрочь сходит с катушек. Первый же эпизод начинается со сцены мастурбации священной служительницы рядом с бессознательным телом Пия XIII, а уже через мгновение притворяющиеся спящими монашки встают из кроватей, зажигают сигареты, и начинают танцевать вокруг мигающего неонового креста, постепенно раздеваясь под сексуальный поп-трек (от серии к серии интро не повторяется, так что к финальному эпизоду они и впрямь могут раздеться до гола).

В «Новом Папе» Соррентино изображает эротику и обнаженку, будто следуя словам Зендаи из «Эйфории», как новую валюту любви — торгуясь не с человеком, а Богом. Для своей паствы Пий XII стал секс-символом, а впав в кому, буквально лишил последователей шанса на получение плотского удовольствия. Они молятся за его восстановление под окнами Ватикана, преследуя лишь одну цель — вновь ощутить присутствие святого. Не духовное, но, скорее, в собственной постели.

Чревоугодие

Обжорство — самый странный из семи главных грехов, который Соррентино так же умудряется интерпретировать. Главный по грязным делам посол Святого Престола Бауэр (его играет грозный Марк Иванир) строит козни по приказу, добывает скользкую информацию, а между делом с обильным чавканьем ест курицу и моллюсков в итальянских бистро и ресторанах.

Соррентино не скупился на излюбленный прием с крупными планами, как в «Молодом Папе» выстраивая до боли эстетичный визуал, полный необычного и странного. От почти 5-минутного приближения камеры к тем самым танцующим монашкам до маниакально-перфекционисткой постановки кадров, которыми хочется любоваться бесконечно. И даже пожирание персонажем еды у Соррентино выглядит пускай и мерзко, но в то же время крайне залипательно.

Уныние

Находясь в состоянии глубокой депрессии, сэр Брэнокс скитается по огромному замку в Лондоне, оплакивая умершего брата и стараясь не попадаться на глаза понурым родителям, которые живут в другом крыле особняка. Он красит веки черной подводкой как дань своей юности панк-рокера, а в разговоре с Войелло бесконечно сыпет философскими цитатами, полными отчаяния и горечи.

Папа Джона Малковича — не такой отвязный и революционный, как Пий XIII Джуда Лоу, но так же отличается сильным характером и нестандартными жизненными установками, способными сыграть на руку церкви. Два пилотных эпизода не раскрывают подробно личность Брэнокса, но очерчивают его эмоциональные рамки и дают представление о будущей роли на престоле.

Переиграть образ Джуда Лоу ему удастся вряд ли, но составить достойную конкуренцию — еще как.

Если шесть предыдущих грехов так или иначе были привязаны к персонажам сериала, но с гневом все гораздо проще — он божий, чей же еще. Соррентино выворачивает наизнанку посылы Библии, вырывает листы из черного томика, показывая свою, альтернативную версию заветов.

Здесь кардиналы играют в видеоигры, посол курит электронную сигарету с прилепленной фигуркой обнаженной женщины, а происходящее на экране зачастую скатывается в откровенный фарс — богохульный и оскорбительный, но увлекающий за собой молодого зрителя.

И в чем-то принцип «современные проблемы требуют современных решений» срабатывает: на съемку «Нового Папы» Соррентино таки пустили в Ватикан (во времена «Молодого Папы» мини-государство отказывалось сотрудничать, а декорации приходилось возводить в павильонах). Религиозный институт пришел к осознанию, что лишь провокацией способен привлечь внимание новой паствы. А Паоло Соррентино уже во второй раз занимает позицию крайне успешного маркетолога Святого Престола.

Ссылка на основную публикацию